in

Почему Украине не видать Евросоюза как своих ушей

О дне рождения Украины, то есть Дне Независимости страны, знают, пожалуй,  все добропорядочные граждане. На всякий случай для менее сознательных сограждан наших о главном национальном празднике напомнили еще и лишним нерабочим днем в календаре.

Дни рождения экс-политиков у нас отмечать не принято, и все же –  7 августа большинство интернет изданий (буквально одновременно) вспомнили о Викторе Медведчуке. Неожиданный интерес к этой неординарной персоне в  современной истории Украины проявился отнюдь не в силу 55 летия когда-то  одного из самых влиятельных политиков, а по причине совершенно  эксклюзивного «подарка», который преподнесла Виктору Владимировичу  Служба безопасности Украины.

В ходе брифинга 7 августа исполняющий  обязанности  «главного юриста» СБУ (начальника управления правового  обеспечения) Олег Ермаков, выполняя решения Верховного суда Украины от 14.06.2009 года и Апелляционного суда г. Киева от 30.06.2009 года, опроверг  информацию, распространенную своим шефом – Валентином Наливайченко  относительно «вымогательства Виктора Медведчука под так называемый проект  «Выборы – 2010»» и причастности его же к подкупу избирателей на выборах  мэра Киева.

Прецедент, о котором в странах демократии средства массовой информации  судачили бы не одну неделю, системные телевизионные каналы, солидные  печатные издания Украины по сути дела обошли гробовым молчанием.

Это  обстоятельство как никакое другое может служить подтверждением тому, что в информационную сферу «тихой сапой» вновь возвращается зловредная  традиция нелегальной цензуры, «темников» и «телефонного вето».

Стыдливое молчание украинской прессы тем более необъяснимо, когда речь идет о
системном нарушении конституционных прав. Ведь, по существу, вынужденными
 (по решению судов) извинениями служба безопасности признала нарушения  базовых положений Основного закона, по которым «честь и достоинство,  неприкосновенность… признаются в Украине наивысшей социальной ценностью» и нарушения своего профильного закона, где черным по белому: «Деятельность службы безопасности Украины осуществляется на основе  соблюдения прав и свобод человека. Органы и сотрудники Службы безопасности  Украины обязаны уважать честь человека и проявлять к нему гуманное  отношение».

Результатом дремучего непрофессионализма контрразведчиков в любой демократической стране стала бы отставка главы ведомства и соответсвующие  организационные выводы во всех структурах, сфабриковавших  общественно-политическую «дезу».

В Украине этого не следует  ждать и по причине правового нигилизма, возведенного в ранг внутренней политики государства, и в силу того, что инициатором «действа» была, конечно же, не  служба безопасности. Ей в данном (и подобных) случае уготованна роль и
судьба «мавра», но с временной отсрочкой.

Кстати, в страну постепенно  вернулись организационные основы работы с кадрами, присущие правлению  второго  президента Украины. Как и в былые годы, в последнее время  появилось множество глав министерств и ведомств, руководителей чуть пониже рангом – с обидной приставкой и.о.

Причины явления весьма просты. Во-первых, такой «руководитель» всегда будет действовать не в рамках закона, а  исключительно с оглядкой на «шефа». И даже не оглядкой, а по прямому  указанию последнего. Только наивный человек может предположить, что лично распространяя информацию, не соответсвующую действительности, Валентин  Наливайченко не ведал, что творил.

Во-вторых, вводя институты всевозможных  и.о., вр.и.о , власть прекрасно понимала, что легитимность таких  «начальников» находится под большим вопросительным знаком.

Это-то и выгодно высшим руководителям страны, ибо в любой момент можно сказать, что принималось решение лицом, которое не имеет на то ни законных  полномочий, ни законных оснований.

Однако вернемся к нашему информационному поводу. Заствив СБУ извиняться,  В.В. Медведчук не только защитил личные неимущественные права, но и на  практике показал, что в Украине еще возможно (возможно, пока)  восстановить свои попранные права, даже если они нарушенны столь грозным  правоохранительным органом.

Правда, это утверждение может  существовать с одной оговоркой. В судах отстаивал честь и достоинство, может, и рядовой гражданин, но – имеющий ученную степень доктора юридичиских наук, распологающий мощной юридической структурой и входящий в двадцатку самых влиятельных лиц в Украине.

Как бы там ни было, а своеобразный подарок и себе, и Дню Независимости  Украины в борьбе с правовой анархией Виктор Медведчук сделал.

Более чем скромными можно оценить достижения самой Украины в вопросах приобщения к основополагающим правовым принципам построения  демократического государства.

Ныне существующая верховная власть страны  пришла к властному Олимпу на в общем-то понятном и прагматическом лозунге: «Вперед, в Европу!».

Населению так долго твердили о незыблимости  европейского вектора во внешней политике, что в мировоззрении граждан это таки стало уже подобием аксиомы. При этом власти, правда, не удосужились до сих  пор объяснить – почему, скажем, не имеющая развитой конкурентспосбной  экономики Румыния уже в Евросоюзе, а нас там не ждут вовсе,по крайней мере, в ближайщей перспективе.

Ларчик, как принято говорить, открывается просто. Дело в том, что в соответствии с так называемыми «Копенгагенскими критериями» (они были приняты Евросоюзом еще в 1993
году), кандидат на вступление в союз должен, помимо той же рыночной  и  конкурентноспособной экономики,  отвечать еще нескольким прниципиальным позициям, таким как: уважение и защита национальных меньшинств, верховенство закона и  права, соблюдение прав человека.

Именно по этим трем проходным тестам Украина за минувшие пять лет все  меньше отвечает евростандартам. Образно говоря, если Украина и встала лет  пять назад на путь к правовому государству, то пошла в  обратную сторону.

Справедливости ради необходимо отметить, что отход от  норм классической демократии в Украине наблюдался и до «померанчевой» революции.

Наиболее слабым звеном в системе властных институтов  в этом смысле оказалась судебная ветвь власти. Особенно ярко это выразилось в памятных  решениях Коституционного суда, который даровал Л.Д. Кучме правовую  возможность в третий раз баллотироваться на высшую в стране должность.

Сползания судов в сферу принятия политических решений осторожно критиковали многие юристы, в том числе и западной ориентации. Одиозный и  широко публикуемый  у нас судья Федерального суда Претензий США Богдан  Футей, кстати, один из разработчиков Конституции Украины 1996 года ( в частности, положений о языке и границах его применения ), в то время был  глубоко озабочен зависимостью украиского правосудия от иных ветвей власти  и надеялся, что именно выборы 2004 года поправят ситуацию.

На самом деле и сами выборы, и еще одно «памятное» решение Верховного суда, назначившее, по сути, третий тур избирательной компании, означали  дальнейший отход от принципа законности в государстве.

Правда, вердикт суда так противоречил принципу законности, что даже  юристы-сторонники «померанчевой революции»  вмиг вынужденны были его  окрестить не иначе как «политико-правовым».

Для юриспруденции это так же  нелепо, как, скажем,  «арбузо-литейное произодство». Правовые  изъяны решения высшего суда страны  тогда было сгладили  массированной пропагандой. Попытки оправдать незаконое решение суда особенно активно предпринимались в первый год существования  «новой»  власти.

Тот же радетель украинских интересов Богдан Футей, приводя в качестве прецендента решение Верховного суда своей страны двухсотлетней давности в деле Марбери против Медисона (которое определило в дальнейшем путь развития  правовой системы США) в ходе круглого стола в Киеве 2 марта 2005 года (посвященного, между прочим, становлению народовластья в Украине), о  ноябрьском (2004 года) решении Верховного суда Украины высказался так (дословно): «Не принимая во внимание существо их решения, прецедент,  установленный решением Верховного Суда Украины, будет иметь далеко идущие  последствия для всей судебной системы Украины. Теперь принцип разделения  властей будет существовать не только как теория: наступил день, когда судебная власть стала равноценной веткой власти».

Увы, мажорные ноты американца украинского происхождения прозвучали зря. Беда даже не в том, что судья из-за океана не желал  видеть принципиальной разницы в правовых «семьях»,  к которым принадлежат Украина  и США. А в том, что он, как истинный теоретик,  не хотел замечать  того, что уже происходило в это время  с законностью в стране победившего «померанча».

Запах власти дейтвительно опъянил многих представителей многих управляющих структур.Они будто наперегонки состязались в соревновании за скорейшее уничтожение  принципа верховенства закона.

Первый померанчевый «главный милиционер»  страны, к примеру, с первых дней перестал признавать  уголовно-процессуальный кодекс. Да что там кодифицированный закон, своими  действиями министр просто отменил конституционную презумпцию невиновости,  а повестки о явке в свое учреждение стал раздавать, не мудрствуя лукаво, прямо в телеэфире…

В чем прав Б.Футей, так это в прогнозе о «далеко  идущих последствиях для всей правовой системы».  На  деле получилось так, что «судьбоносное» решение Верховного Суда стало своеобразным призывом к дележу судебной власти, и не только между политическими элитами. В  скором будущем органы правосудия Украины оказались поделенными не только  по цвету политической ориентации, но и по определенным бизнес-интересам.

Вспомним в этой связи только одно дело, связанное с попыткой рейдерского  захвата Никопольского завода ферросплавов. Процесс, как говаривал первый и  последний президент СССР, «пошел», и вскоре эта практика чудесным образом  распространилась буквально на всю судебную систему.

«Свои»  суды появились  не только у бизнес-кланов, но и у «мини-олигархов». Показательным в этой  связи может служить и недавнее решение одного из районных судов Луганской  области в отношении куска севастопольской земли почти в 1,5 тысячи  гектаров!

Состязались в разрушении правовой системы непосредственно и первые лица государства.  Многие помнят, как апреле 2007 года президент Украины нанес  удар по единственному органу конституционной юрисдикции, почти одномоментно уволив «за нарушение присяги» сразу трех судей КС.

В январе  2008 года премьер-министр Ю.Тимошенко инициировала принятие постановления  Кабинета Министров, которое позволяло органам исполнительной власти на  местах не исполнять так называемые «заведомо неправомерные решения судов».

И это далеко не единственные примеры «прохладного» отношения к принципу верховенства закона и права у высших должностных  лиц.

Грубое попрание  конституционных положений в государстве померанчевого периода происходило на  фоне совершенейшего паралича еще одного конституционного органа –
Прокуратуры Украины.

Справедливости ради необходимо отметить, что нелестные характеристики  метаморфоз, происходящих в государстве и обществе, все же звучали из уст  представителей не номенкулатурной, а действительной элиты украинского  общества.

Результаты первого года оранжевого правления позволили  известному правозащитнику  Андрею Федуру сравнить юридическую жизнь  в  Украине с последствиями аварии на ЧАЭС и назвать ее не иначе как «правовой Чернобыль».

Глас разума сильные мира сего не воспринимали ни  тогда,  ни сейчас.  Вместе с тем, главенствующее значение принципа законости в повседневной  жизни давно стало аксиомой в любом цивилизованном государстве. Это и  понятно, ибо только соблюдение законодательства всеми членами общества в решаюшей степени формирует правовое сознание членов этого общества.

На  Западе давно утвердились в том , что равенство перед законом, начиная с президента или премьер-министра  и заканчивая школьником или младенцем – это гарантия устойчивого  состояния всего общества.

Презрение институтов демократического государства, утвердившееся в  порочной практике поведения  властьимущих, вызывало состояние скрытой неудовлетворенности, а порой и просто раздражения у западных союзников  нынешней власти.  Руководитель представительства Фонда Конрада Аденауэра в  Украине Нико Панге в свое время не удержался и обратился к правящей  элите  с призывом  вернуться к традициям правопослушности и принципу  законости. Он, в частности, напомнил, что «правовое государство  возникает, если жить по правилам правового государства»( «Украинская правда» от 5.12.2007 г.).

Возможностей возврата к европейским правовым ценностям у нынешних властей было много. Последняя появилась 2 июля 2009 года после решения Окружного суда г. Киева, который полностью удовлетворил иск все того же В.В.  Медведчука к Президенту Украины по вопросу провозглашения всеукраинского референдума о вступлении в НАТО и обязал гаранта Констиуции издать соответствующий Указ.

Киевский суд руководстовался в том числе и решением   23-рп, которым Конституционный суд 15 октября 2008 года признал, что Президент обязан провозгласить референдум по народной инициативе, если он инициирован с  соблюдением законодательства.

После вердиктов двух судов, казалось бы, уже ничто не могло помешать  восстановлению в Украине подлинного народовластия, а заодно и возобладания принципа законости.
Ничего подобного! Секретариат Президента вместо подготовки текста  соответсвующего Указа стал верстать иной текст – апелляционную жалобу. Шаг, безусловно, правомерный, но имеюший практически нулевую судебную перспективу.

Жаль. Неплохой бы мог быть подарок ко Дню  независимости, царственно-президенский, и в прямом, и в переносном смысле слова…

Николай Скребец

Written by Mari

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Последняя встреча и последняя разлука с Шевченко

Руслана хотела проголосовать за «пошли все на…!»