in

Ох уж эти детки!

Практически ежедневно новостные ленты информационных агентств взрываются заголовками типа «Школьник открыл стрельбу из автомата», «Подросток зарезал родителей», «Две школьницы зверски убили свою сверстницу»… Педагоги сходятся во мнении, что в последнее время дети стали более жестокими и злыми, и с каждым годом ситуация становится все хуже. Причинами этого, по мнению специалистов, являются жестокие фильмы, компьютерные игры и Интернет. Именно это формирует психику современного ребенка. Мощное влияние на детей оказывает улица, и школа реально не может ей противостоять. В силу занятости на работе родители не контролируют детей, которые предоставлены сами себе…

К сожалению, наш  город не остается в стороне от печальных тенденций. Не успели улечься страсти после бессмысленного по своей жестокости убийства молодого парня в центре Севастополя, как симптомы этой импортной хвори начали проявляться с новой силой. Судя по всему, ни городские власти, ни правоохранительные органы не делают из недавней трагедии соответствующих выводов.

В редакцию нашей газеты обратилась жительница Нахимовского района Светлана Алексеевна Супрун, дочь которой стала жертвой очередной подростковой агрессии.

Для полноты впечатления приведем рассказ пострадавшей девочки: «19 мая вечером я возвращалась домой. Выйдя из «топика» на ул. Будищева, я встретила знакомого Андрея, который предложил проводить меня домой.  Я согласилась. Подойдя к поликлинике на ул. Лазаревской, д.9, мы встретили еще одного общего знакомого, которого тоже звали Андрей.

Поравнявшись с магазином,  мы увидели, как со стороны сквера к нам приближаются Вика (16 лет) и Надя (21 год). Они подошли к нам и сначала вполне дружелюбно заговорили с парнями.  Я стояла молча, собираясь пойти домой. Но Надя сказала, что хочет поговорить со мной, и предложила отойти в сторону. Начала она с претензий, мол, ей не нравится, что я общаюсь с ее парнем Сашей (Саша  – мой давний знакомый по району, и общалась я с ним исключительно как со знакомым). Внезапно подбежала Вика и стала громко выражаться нецензурными словами.

Подошел Андрей и сказал в мою защиту: «Чего вы на девчонку накинулись?». Мы направились к дому. Через некоторое время я услышала за спиной голоса, оглянулась и увидела, что к нам бегут Вика, Надя и Аня (14 лет).  Догнав нас, Вика сказала, что хочет со мной поговорить, но я, оценив ее тон, настроение и нетрезвое состояние, отказалась беседовать. Она сразу ударила меня кулаком в левый глаз. Подбежала Аня и, схватив за руки, закричала: «Держите ее!». Кто-то схватил меня сзади, а Аня начала меня бить. Через некоторое время меня отпустили, и я упала. Меня начали избивать ногами по телу  и голове, били головой о бордюр и асфальт. Когда я очнулась, увидела на себе незнакомого парня, который собой закрывал меня от ударов. Пока трое хулиганок между собой о чем- то разговаривали, мальчик, который меня защищал, помог мне подняться, и мы попытались уйти.

Возле ларька нас опять догнали Вина, Надя и Аня. Вика стала лицом ко мне и громко, с использованием нецензурной лексики, заявила, чтобы в сквер я больше не ходила и на улицах им на глаза не попадалась. Я молча пошла к своему дому, но Вика снова ударила меня кулаком в нос. Я потеряла равновесие, пошатнулась. Сзади Аня, громко ругаясь, ударила меня ногой по пояснице. Я упала. Они снова втроем начали меня избивать ногами по голове, спине, почкам, в пах. Били головой об асфальт. Денис пытался их оттащить, но справиться с тремя обезумевшими от алкоголя и злобы особами он не смог. Он вновь закрыл меня от ударов собой. Подбежала продавец из ларька. Она тоже пыталась успокоить их, но Надя оттолкнула ее со словами: «Уйди, мы сами с ней разберемся!». Женщина закричала, что вызовет милицию, и они разбежались…»

Веселенькая история, не правда ли? Слава богу, что все обошлось без трагического исхода, хотя, судя по диагнозу, это только начало. Врачи выявили у девочки сотрясение головного мозга, закрытую черепно-мозговую травму, множественные ссадины и ушибы. Более того, дежурный офтальмолог зафиксировал ухудшение зрения на оба глаза. В связи с этим дочь Светланы Алексеевны долгое время находилась на стационарном лечении.

Мы не будем анализировать причины подобного поведения девочек, как и причины «английского» исчезновения с места событий кавалеров пострадавшей (пусть это останется на их совести). В конце концов, хоть один положительный герой, Денис, в нашем романе имеется. Что же касается остальных, то возникает очень много вопросов.

Например, почему дежурный следователь Нахимовского РО УМВДУ в г. Севастополе в тот же день заявил матери, что уголовное дело открыто не будет в связи с легкой степенью телесных повреждений? Каким образом милиционер самостоятельно смог оценить степень тяжести травмы?

Во время беседы с матерью девочки выяснились достаточно интересные факты: «20 и 21 мая мне, моей дочери и другим детям начали угрожать физической расправой Вика и Аня. Они открыто заявляли девчонкам: «Кто придет в скверик, тот живым не уйдет». По этому поводу 21 мая я вновь обратилась в Нахимовский РО с заявлением, и снова безрезультатно.

Однако история имела продолжение. Подруги моей дочери пришли в скверик и сели на скамейку. Вскоре подошли Вика и Аня с цепями и резиновыми дубинками в руках и заявили: «Кому было сказано, в сквер не приходить.

Теперь живыми не уйдете!» С этими словами они накинулись на сидящих девочек. Одной нанесли удар по голове. Неизвестно откуда подскочили двое взрослых, мужчина и женщина, с резиновыми дубинками, и тоже принялись избивать девочек. Дети стали громко звать на помощь. Какие-то мужчины подбежали и оттащили бандитов от детей. Наташа, так зовут одну из пострадавших, позвонила с милицию. Дежурный начал выяснять фамилию, имя, отчество, год рождения, домашний адрес. На что ребенок сказал: «Приезжайте, пожалуйста, быстрее. Пока вы будет расспрашивать, нас могут убить!» Дежурный бросил трубку. После случившегося соседка попросила меня помочь обработать рану, остановить кровотечение на голове у одной из девочек. Кто-то прибежал, сказав, что милиция все-таки приезжала, нужно ехать в отделение писать заявление.

Каково же было наше удивление, когда возле райотдела мы увидели мужчину и женщину, избивших детей, которые стояли и, словно старые приятели, беседовали с дежурным милиционером. Оказалось, что мужчина  – отец Вики,  бывший работник патрульно-постовой службы, а женщина – мать Ани.  Закончив разговор, отец Вики собрал свою «банду». Все сели в машину и уехали. На вопрос, почему отпустили подозреваемых, мы получили ответ, что они приедут завтра. Позднее мы узнали, что они поехали в скверик собирать дубинки и цепи, брошенные в спешке».

Что же! Как говорится, теплее, теплее… Стоит ли после этого удивляться, что за все это время ни один из работников милиции не посетил ни дочь Светланы Алексеевны, ни девочек, избитых в сквере, ни их родителей. Милиционеры не запрашивали характеристик с места учебы. Им и без того все ясно. Спустя 10 дней было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления.

Вероятно, хулиганские нападения и избиения подростков в нашем городе стали для милиции делом настолько обыденным, что не заслуживают тщательного расследования. Вот, если б труп был, тогда совсем другое дело. Помните как у Жванецкого про хирургов-недоучек: «У них же все куплено! И дипломы и места. Как их наказать? Разве что умереть у них на столе?!».

Неужели все так плохо, уважаемые сограждане? И права моя собеседница, заявившая, что для милиции «братские отношения с бывшими коллегами превыше здоровья и безопасности наших детей»?

Впрочем, еще не сказала своего слова прокуратура, которая рассматривает жалобу гражданки Супрун. Но гуляющим в парках и скверах читателям я бы рекомендовал пока внимательнее присматриваться к окружающим вас подросткам. А то, не ровен час, и вы забредете на чужую территорию…

Виктор ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ

Written by Mari

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Севастопольские архитекторы выступили против проектов в Артбухте

Крымчане требуют признать Юрия Лужкова персоной Нонграта